Плагиат это кража, буквально

Плагиат это кража, буквально (http://www3.ntu.edu.sg/lib/plagiarism/)

Я недавно начал читать книгу «По обе стороны сознания. Экспериментальные исследования по когнитивной психологии» под редакцией А.Ю. Агафонова. Книга, в целом, весьма интересна, в ней представлены исследования наших самарских коллег. Учитывая сферу моих интересов, я конечно начал ее читать со статьи Е.Е. Дубовицкой, озаглавленной как «Эмоции и когнитивная деятельность сознания». Поначалу эта статья вызвала у меня приятное впечатление, я был приятно удивлен использованием достаточно редкой литературы и глубиной анализа. Однако очень быстро данное впечатление сменилось чувством узнавания, весьма неприятным, поскольку стало понятно, что в статье употребляются куски моего текста без цитирования. Подробный анализ показал, что данная статья состоит из прямых заимствований текста из минимум 4 источников, включая мой диплом, а собственно авторского текста в ней практически нет.

Чтобы не быть голословным, я выкладываю скан этой статьи.

Далее разбор, потом оргвыводы. Поначалу просто заимствование цитат, что плохо, прилично было бы в этих случаях ставить «цит. по», но это не смертельно:

————————

Стр. 96 абзац 3 — взят мой перевод (http://www.mendeley.com/download/public/11697/3650636191/46d65048aad0b0bfaaca28549719d65ddc27315b/dl.pdf) цитаты из Kihlstrom.

Мой текст:

Kihlstrom предлагает ввести термин «эмоциональное бессознательное» и термин «имплицитные эмоции» для неосознанных эмоциональных реакций. Как он пишет, «по аналогии с использованием терминов для когнитивного бессознательного, термин «эксплицитная эмоция» относится к осознанию человеком эмоции, чувства или настроения; «имплицитная эмоция», напротив относится к изменению в мысли или действии, которые могут быть аттрибутированы к эмоциональному состоянию человека, в независимости от того, осознает он это состояние или нет» [11, с. 432].

Стр. 97 практически копирует стр. 18 диплома (http://chetvericov.ru/wp-content/uploads/2009/06/diplom.pdf).

Текст Дубовицкой:

Например, Д. Ланквист определяет эмоции как «диспозиционные состояния, которые направляют внимание на определенные стимулы и вызывают реакции, которые в долгосрочной перспективе способствуют передаче генов следуютим поколениям» (см. Emotion аnd consciousness, 2005). Дж. Клор считает, что эмоции — «это просто аффективные состояния, где слово «аффективные» означает связь c чем-то хорошим или плохим, а слово «состояния» означает, что несколько систем направлены на одно и то же одновременно» (Сlore, 2005). Л. Баретт понимает эмоции как «категоризацию базового аффективного состояния, которое, в свою очередь, является нейрофизиологическим состоянием, образующимся в результате процесса оценки» (Emotion аnd consciousness, 2005). Л.М. Веккер определяет эмоции как «непосредственное психическое отражение отношения субъекта к внешним объектам» (Веккер, 1998).

Мой текст:

D. Lundqvist и A. Öhman определили эмоции как «диспозиционные состояния, которые направляют внимание на определенные стимулы и вызывают реакции, которые в долгосрочной перспективе способствуют передаче генов следующим поколениям» [Emotion and consciousness, 2005, с. 98]. L. Barrett определила эмоции как «категоризацию базового аффективного состояния, которое, в свою очередь, является нейрофизиологическим состоянием образующимся в результате процесса оценки» [Emotion and consciousness, 2005, с. 256]. G. Clore с соавторами считают, что эмоции «это просто аффективные состояния, где слово аффективные означает связь с чем-то хорошим или плохим, а слово состояния означает, что несколько систем направлены на одно и то же одновременно» [Clore и др., 2005, с. 385]. Определения эмоций в отечественной психологии также весьма различны. Л. М. Веккер определяет эмоции как «непосредственное психическое отражение отношения субъекта к внешним объектам» [Веккер, 1998].

Потом смешно, мои слова приписали Reisenzein.
Дубовицкая:

Некоторые авторы признают, что эмоции являются специфическим феноменом в виде «некого непосредственного отношения, принципиально отличного от интеллектуального оценивания» (Reisenzein, 1992), или играют роль «умного интерфейса между информацией на входе и на выходе» (Ѕcherer, 1994).

Диплом, стр. 14-15

Другой вариант – признать, что эмоции a priori являются специфическим феноменом, в виде некого непосредственного отношения (W. Wundt [Reisenzein, 1992], K. Stumpf [Reisenzein, Schonpflug, 1992], Л. М. Веккер [Веккер, 1998]), принципиально отличного от интеллектуального оценивания. … Или, говоря словами K. Scherer эмоции играют роль «умного интерфейса между информацией на входе и на выходе» [Scherer, 1994, с. 127].

Дальше идет уже прямой плагиат.

Сначала не мое, а взято с перевода статьи Райзенцайна (http://invariantcog.narod.ru/translate/denken_emotionen_I.pdf):
Стр. 97-98 взяты со стр. 5 статьи.
Стр. 99, начало взято из Райзенцайна, текст про М.Б. Арнольд скопирован из “Психологии эмоций” К. Изардра, далее снова Райзенцайн вплоть до страницы 102, где снова идет кусок из Изарда.

Далее про эксперимент Eagle взято описание из “Психологии внимания” Дормашева, Романова.

Я дальше не буду искать чужие источники, остановлюсь на своих кусках.

Страницы 110-116 практически целиком копируют мой диплом:

Стр. 110-112 про влияние эмоций на поведение взяты со стр. 23, 33, 34, 24-25.

Например, текст Дубовицкой:

В более современном варианте этой гипотезы высказывается предположение, что, во-первых, только состояния, связанные с избеганием объекта, такие, как, например, тревога, приводят к сужению фокуса внимания, в то время как состояния, связанные с приближением к объекту например, радость, приводят к противоположным последствиям, и, во-вторых, сужение внимания распространяется как непосредственно на перцептивную, так и на понятийную сферу (Derryberry, Tucker, 1994). Под широтой или узостью перцептивного внимания авторами понимается относительное распределение внимания между центральными, глобальными деталями изображения и периферическими, частными деталями. Под понятийным вниманием подразумевается внутреннее внимание, направленное на ментальные репрезентации, в противопоставлении внешнему вниманию, направленному на стимулы среды. Сужение понятийного внимания определяется как ограничение активации ментальных репрезентаций до тех, которые наиболее доступны в данном контексте, а его расширение подразумевает возможность активации менее связанных с текущих контекстом репрезентаций.

Мой текст (совпадения подчеркнуты):

В более современном варианте, эта гипотеза получила свое развитие в теоретической работе D. Derryberry и D. Tucker [Derryberry, Tucker, 1994]. Они высказали предположение, что, во-первых, только состояния, связанные с избеганием объекта, такие как, например, тревога, приводят к сужению фокуса внимания, в то время как состояния, связанные с приближением к объекту, например, радость, приводят к противоположным последствиям,  и,  во-вторых,  сужение  внимания распространяется как непосредственно на перцептивную, так и на понятийную сферу. Под широтой-узостью перцептивного внимания (perceptual attention) понимается относительное распределение внимания между центральными, глобальными деталями изображения и периферическими, частными деталями, что, надо заметить, несколько меняет оригинальную формулировку J. Easterbrook и не совсем согласуется с результатами F. Reeves & B. Bergum. Под понятийным вниманием (conceptual attention) подразумевается внутреннее внимание, направленное на ментальные репрезентации (mental representations), в противопоставлении внешнему вниманию, направленному на стимулы среды. Сужение понятийного внимания определяется как ограничение активации ментальных репрезентаций до тех, которые наиболее доступны в данном контексте, а его расширение подразумевает возможность активации менее связанных с текущих контекстом репрезентаций

Стр 113 взята со стр 35.

Текст про теорию аффекта-как-информации на стр. 113-116 взят со стр. 26-29.

Последние два абзаца заключения скопированы со стр. 33, 24, 26, 30.
———————

Возможно, я где-то ошибся в деталях, но факт остается фактом, практически весь текст статьи не просто напрямую скопирован из нескольких источников. Причем, автор все-таки не студент, это ассистент кафедры общей психологии СамГУ.

Я не совсем понимаю, что делать в такой ситуации. Если бы это был журнал, статью можно было бы отозвать, однако поскольку текст опубликован в книге, как ее отозвать не совсем понятно. Мне кажется, наиболее правильным было бы включение информации о том, что данная статья является плагиатом, в оставшийся нераспроданным тираж и публикация данной информации на сайте СамГУили сайте издательства. Ну и прекращение сотрудничества с автором, разумеется.

Еще раз подчеркну, что я отношусь к редактору книги, и в целом к наших самарским коллегам, с глубочайшим уважением, и абсолютно уверен, что они не имели представления о наличии плагиата в данной статье. И мне очень жаль, что данная статья оказалась именно в этой книге, которая в остальном представляет собой собрание оригинальных и интересных статей.

Кстати, недавно появился хороший пример правильной реакции на плагиат. ВШЭ опубликовало заключение академической комиссии по этике на тему проверки учебника О.И. Образцовой » Статистика предприятий и бизнес-статистика» по подозрению в плагиате. Результат — 89% совпадения текста учебника с ранее опубликованными. Автора — уволить, распространение книги — прекратить, имеющиеся экземпляры — изъять из своих библиотек, впредь все проверять через антиплагиат перед публикацией, информацию опубликовать на сайте. Как верно заметил simmons_fun, «образцово показательное решение».

ps. редактору книги я написал неделю назад, пока жду ответа.